c20cfcc6

Лоуренс Дэвид Герберт - Любовник Леди Чаттерли



Дэвид Герберт Лоуренс.
Любовник леди Чаттерли
-----------------------------------------------------------------------
D.H.Lawrence. Lady Chatterley's Lover.
Пер. - И.Багрова, М.Литвинова. М., "Книжная палата", 1991.
OCR spellcheck by HarryFan, 7 November 2000
-----------------------------------------------------------------------
1
В столь горькое время выпало нам жить, что мы тщимся не замечать эту
горечь. Приходит беда, рушит нашу жизнь, а мы сразу же прямо на руинах
наново торим тропки к надежде. Тяжкий это труд. Впереди - рытвины да
преграды. Мы их либо обходим, либо, с грехом пополам, берем приступом. Но
какие бы невзгоды на нас ни обрушивались, жизнь идет своим чередом.
Так примерно рассуждала Констанция Чаттерли. Война в пух и прах разбила
ее благополучие. Что ж, дорого приходится платить за уроки житейской
мудрости.
Констанция вышла замуж за Клиффорда Чаттерли в 1917 году - его в ту
пору отпустили из армии на побывку. Промелькнул медовый месяц, и Клиффорд
уехал обратно во Фландрию. А через полгода его, израненного, едва живого,
привезли домой. Констанции исполнилось двадцать три года, Клиффорду -
двадцать девять.
Он отчаянно боролся со смертью, явив завидную волю, и мало-помалу шел
на поправку. Два года колдовали над ним врачи и вернули его к жизни,
прописав, правда, разные снадобья. Но ниже пояса тело Клиффорда так и
осталось недвижным.
Шел 1920 год. Клиффорд и Констанция обосновались в родовом гнезде
Чаттерли - усадьбе Рагби. Старый баронет уже умер, сын унаследовал титул,
его стали величать сэром Клиффордом, а Констанцию - леди Чаттерли.
Семейную жизнь им пришлось начинать в довольно запустелом доме на довольно
скромные средства. Из близкой родни у Клиффорда осталась лишь старшая
сестра, да и та жила отдельно. Старший брат погиб на войне. Клиффорд знал,
что детей у него не будет и что род Чаттерли просуществует, покуда живы он
сам и его усадьба в закопченном и задымленном сердце Англии.
Увечье не столь удручало его. Передвигаться он мог на кресле-каталке и
заказал себе кресло на колесах, с моторчиком. Неспешно объезжал он сад и
чудесный печальный парк. Втайне Клиффорд гордился им, на людях же упоминал
с пренебрежением.
Клиффорд так настрадался, что почти избыл самое способность страдать.
По-прежнему держался чуть сдержанно, по-прежнему в голубых дерзких глазах
светился ум, по-прежнему на румяном лице играла бодрая, если не сказать
веселая, улыбка, по-прежнему широки плечи и крепки руки. Одежду он носил
самую дорогую, галстуки - самые красивые и модные. И все же читалась в
лице настороженность, а во взгляде порой сквозила отрешенность, присущая
калекам.
Заглянув в лицо смерти, он теперь принимал жизнь (точнее, то, что ему
осталось) как бесценный и чудесный дар. Да, он выстоял, вынес все тяготы и
гордился собою, и об этом говорил взгляд умных беспокойных глаз. Но
слишком тяжел был удар - что-то надломилось у него в душе, какие-то
чувства безвозвратно исчезли. Опустошенность и безразличие легли на
сердце.
У его жены Констанции были мягкие каштановые волосы, румяное,
простодушное, как у деревенской девушки, лицо, крепкое тело. Движения
обманчиво плавны и неспешны - не угадать недюжинной внутренней силы.
Большие, будто вечно вопрошающие глаза, тихий, мягкий говорок - ни дать ни
взять только что из соседней деревушки заявилась. Но внешность обманчива.
Ее отец - некогда известный художник, член Королевской Академии,
достопочтенный сэр Малькольм Рид. Мать - женщина образованная,



Назад