c20cfcc6

Лондон Джек - Предисловие К Сборнику 'война Классов'



Джек ЛОНДОН
ПРЕДИСЛОВИЕ К СБОРНИКУ "ВОЙНА КЛАССОВ"
Статья
Перевод с английского Р. Гальпериной
Когда я был безусым юнцом, все смотрели на меня, как на чудовище:
шутка ли сказать - ведь я был социалист! Репортеры местных газет приходили
меня исповедовать, а потом печатали мои интервью, более похожие на историю
болезни некоего ненормального субъекта. В ту пору (лет девять-десять
назад) я ратовал за муниципализацию коммунальных предприятий в моем родном
городе и меня называли "красным поджигателем", "террористом",
"анархистом", а мои товарищи, из так называемых порядочных, которые
прекрасно ко мне относились, приходили в ужас при одной мысли, что их
сестер могут увидеть со мной на улице; здесь их дружба кончалась.
Однако времена меняются. Наступил день, когда я в моем родном городе,
из уст мэра, члена демократической партии, услышал: "Муниципализация
коммунальных предприятий - это исконная американская политика". С той поры
акции мои стали повышаться. Медицинские обследования кончились, и мои
товарищи, из порядочных, не приходили больше в ужас, увидев меня на улице
рядом со своими сестрами. О моих политических и социальных взглядах
отзывались теперь как о юношеской блажи. Почтенные отцы семейства
говорили, похлопывая меня по плечу, что со временем из меня еще выйдет
добропорядочный гражданин, человек широких и просвещенных взглядов. Мне
также внушали, что убеждения мои всецело объясняются карманной чахоткой:
как только появится у меня немножко денег, все это как рукой снимет, - и
тогда мы окончательно поладим.
А потом наступил день, когда мой социализм стали даже уважать: да,
юношеская блажь, но блажь романтическая и по-своему благородная. Романтизм
в глазах буржуа пользовался уважением, потому что был не опасен. В
качестве "красного", с бомбой в каждом кармане, я представлял известную
опасность; но в качестве юнца, вооруженного всего-навсего кое-какими
философскими идеями немецкого происхождения, я был просто славным малым,
приятным собеседником.
Среди всех этих превращений одно было неоспоримо: менялся не я,
менялось окружающее меня общество. Ибо что касается моих социалистических
взглядов, то они год от году становились все зрелее и отчетливее.
Менялось, повторяю, общество, и менялось, как я стал с огорчением
замечать, в том направлении, что оно уже не прочь было попользоваться
кое-чем из моего арсенала. Когда я отстаивал муниципализацию коммунальных
предприятий, меня называли "красным", но когда с этим лозунгом выступил
городской мэр, утверждавший, что это - исконная американская политика, ему
аплодировали. Он украл у меня этот лозунг, и слушатели аплодировали ему за
воровство. А потом те же обыватели брались поучать меня насчет того, что
такое муниципализация и каковы ее преимущества.
То, что происходило со мной, происходило со всем американским
социалистическим движением. В глазах американского буржуа социализм из
идеологического вывиха постепенно превратился в безобидную блажь, и вскоре
обе наши старые партии стали втихомолку обирать его для своих целей.
Социализм, таким образом, попал в положение смиренного рабочего, честного
труженика, которого безнаказанно эксплуатируют - и потому уважают.
Только то, что несет в себе опасность, вызывает отвращение и
ненависть. То же, что не опасно, заслуживает всяческого уважения. Именно
так обстояло дело с социализмом в Соединенных Штатах. В течение нескольких
лет социализм уважали. Буржуа видел в нем некую прекрасную несбыточную
мечту - так с



Назад