c20cfcc6

Лондон Джек - Польза Сомнений



Джек ЛОНДОН
ПОЛЬЗА СОМНЕНИЙ
Рассказ
Перевод с английского
I
Картер Уотсон, со свежим номером журнала подмышкой, медленно шел по
улице, с любопытством озираясь вокруг. Двадцать лет прошло с тех пор, как
он бывал на этой самой улице, и изменения, которым она подверглась, были
грандиозны и изумительны. В ту пору, когда он, еще мальчуганом, шатался по
улицам этого западного городка, насчитывающего теперь триста тысяч душ,
его население составляло всего тридцать тысяч человек. В те дни улица, на
которой он сейчас находился, была расположена в тихом рабочем квартале. В
этот вечер он убедился, что порок и буйство захлестнули этот мирный район.
Улица кишела китайскими и японскими лавчонками и притонами вперемежку с
кабаками самого низкого пошиба для белых. Мирная уличка его юношеских лет
превратилась в самый буйный квартал города.
Он посмотрел на часы. Половина шестого. В этот час дня в таком районе
все еще погружено в сон; он хорошо это знал, но его разбирало любопытство.
В течение двух десятков лет, отданных скитаниям и изучению социальных
условий во всех странах земного шара, родной город неизменно воскресал в
его памяти как милый сердцу и отрадный уголок земли. Метаморфоза,
происшедшая с ним, была потрясающа. Он непременно продлит свою прогулку,
чтобы увидеть, до какого позора докатился его город.
И еще одно обстоятельство: Картер Уотсон был наделен чуткой
общественной и гражданской совестью. Обладая независимым состоянием, он не
любил растрачивать свою энергию на званые чаепития и обеды в светском
обществе; он был равнодушен к актрисам, скаковым лошадям и другим подобным
развлечениям. Он был немножко помешан на морали, как реформатор крупного
масштаба, хотя деятельность его заключалась преимущественно в том, что он
сотрудничал в толстых журналах и трехмесячниках и издавал блестящие и умно
написанные книги, посвященные рабочему классу и обитателям трущоб.
Среди заглавий двадцати семи его трудов попадались такие: "Если бы
Христос явился в Новый Орлеан", "Переработавшийся рабочий", "Жилищная
реформа в Берлине", "Сельские трущобы в Англии", "Население Ист-Сайда",
"Реформа в противовес революции", "Университетский городок как теплица
радикализма", "Пещерные люди цивилизации".
Однако Картер Уотсон не был ни помешанный, ни фанатик. Он не терялся,
натыкаясь на ужасы, - он их подвергал изучению и разоблачению. Не было в
нем и ребячьего энтузиазма. Его выручал природный юмор, накопленный годами
опыт и консервативный философский темперамент. Не терпел он также теорий
молниеносных преобразований. Он полагал, что общество может
совершенствоваться лишь в мучительно долгом и болезненно тяжком процессе
эволюции. Он не признавал ни коротких путей, ни мгновенных перерождений.
Совершенствование человечества достигается ценой отчаянной борьбы и
страданий, точно так же, как в прошлом осуществлялись все социальные
завоевания.
Но в этот летний вечер Картер Уотсон горел любопытством. Прогуливаясь
по улице, он остановился перед баром, на пышной вывеске которого
красовалась надпись: "Вандом". Две двери вели внутрь заведения. Одна, как
видно, к буфетной стойке. Этого входа он не стал исследовать. Другой вход
открывался в узкие сени. Пройдя их, он очутился в огромной комнате,
заставленной столиками и стульями. При тусклом освещении в дальнем углу
можно было различить пианино. Отметив себе мысленно, что сюда еще надо
будет вернуться, чтобы заняться изучением той категории людей, которые
выпивают за этими столиками,



Назад