c20cfcc6

Лондон Джек - Осада 'ланкаширской Королевы'



Джек ЛОНДОН
ОСАДА "ЛАНКАШИРСКОЙ КОРОЛЕВЫ"
Вероятно, самым трудным в практике нашей рыбачьей патрульной службы
был тот случай, когда нам с Чарли Ле Грантом пришлось в течение двух
недель держать в осаде большое четырехмачтовое английское судно. Под конец
это дело превратилось для нас в настоящую математическую задачу, и только
чистая случайность позволила нам благополучно решить ее.
Разделавшись с устричными пиратами, мы вернулись в Окленд, но прошло
еще две недели, прежде чем миновала опасность для жены Нейла Партингтона и
она оправилась от болезни. Итак, в общей сложности, лишь через месяц наш
"Северный олень" вновь появился в Бенишии. Без кота мышам раздолье: за
этот месяц рыбаки совсем от рук отбились и стали беззастенчиво нарушать
закон. Огибая мыс Педро, мы заметили признаки оживления среди ловцов
креветок, а по заливу Сан-Пабло шныряло немало рыбачьих баркасов с
Верхнего залива, владельцы которых, завидев нас, спешили вытащить из воды
свои сети и поднять паруса.
Все это, конечно, не могло не вызвать подозрений. Мы тут же
приступили к расследованию, и в первой же и единственной лодке, что нам
удалось захватить, оказалась сеть, которой ловля сельди запрещена. По
закону расстояние в петле от узла до узла должно быть не меньше семи с
половиной дюймов, меж тем как в сети, захваченной нами, узлы находились
один от другого на расстоянии трех дюймов. Это было злостным нарушением
закона, и мы арестовали двух находившихся в лодке рыбаков. Одного из них
Нейл Партингтон взял на "Северного оленя", где тот должен был помочь
нашему патрульному вести судно, а мы с Чарли, забрав второго с собой, ушли
вперед на задержанном баркасе.
Меж тем сельдяная флотилия что есть духу понеслась к берегам
Петалумы, и на всем пути через залив Сан-Пабло мы не увидели больше ни
одного рыбака. Наш пленник, бронзовый от загара бородач грек, угрюмо сидел
на своей сети, а мы вели его судно. То был новенький баркас с реки
Колумбии для ловли лососей, видимо, впервые в плавании, и управлять им
было одно удовольствие. Наш пленник не произносил ни слова и, казалось, не
замечал нас даже тогда, когда Чарли расхваливал его баркас, так что вскоре
мы потеряли к нему всякий интерес, решив, что он крайне необщительный
человек.
Мы прошли Каркинезский пролив и свернули в бухту у Тернерской верфи,
где море было спокойнее. Там в ожидании груза пшеницы нового урожая стояло
несколько английских парусников с железным корпусом, и там же, на том
самом месте, где был задержан Большой Алек, мы внезапно наткнулись на ялик
с двумя итальянцами, оснащенный "китайской лесой" для ловли осетров. Это
явилось полной неожиданностью как для них, так и для нас: не успели они
опомниться, как мы уже были рядом. У Чарли едва хватило времени привестись
к ветру и подвернуть к ним. Я побежал вперед и бросив конец, приказав, не
мешкая, закрепить его. Один из итальянцев стал заматывать его на нагель, а
я поспешил убрать наш парус. Баркас рванулся назад, потащив за собой ялик.
Чарли пошел на нос, намереваясь перепрыгнуть на захваченное судно,
но, когда я ухватился за трос, чтобы подтащить ялик поближе, итальянцы
отдали конец. Нас тут же начало сносить под ветер, меж тем как они, достав
две пары весел, повели свое легкое суденышко против ветра. Этот маневр
сперва обескуражил нас, ибо мы не могли надеяться догнать их на веслах в
своей большой, тяжело нагруженной лодке. И вдруг на помощь пришел наш
пленник. Его черные глаза засверкали, лицо загорелось от сдержанног



Назад